Р.Г. Дана
Два года на палубе

Новое судно и новые люди

Вторник, 8 сентября. Первый день моей новой службы. Матросская жизнь — это везде матросская жизнь...

САН-ФРАНЦИСКО

Как говорили матросы, они «выровняли реи проклятому щелко­перу».

Собрав почти все шкуры, на какие только можно было рассчитывать здесь, мы начали принимать запас дров и во­ды, а Сан-Франциско в этом отношении славится на всем побережье. Небольшой островок, примерно в двух милях от якорной стоянки, прозванный нами Лесистым, который сами мексиканцы называют "Ыа де 1оз Ап§е1оз", был покрыт зарослями, спускающимися до самой воды, и каждое утро туда посылали двух наших матросов родом из Кеннебека, которые играючи управлялись с топором. Им в помощь отправляли и двух юнг. За неделю они нарубили столько, что нам хватило бы топлива на целый год, и третий помощник капитана с четырьмя матросами (в число которых попал и я) был отправлен на большом баркасе с парусным воору­жением, как у шхуны, и арендованном в миссии, чтобы перевезти на судно эти дрова. Мы вышли около полудня, однако из-за сильного встречного ветра и течения, скорость которого здесь достигала пяти узлов, смогли войти в гавань, образуемую двумя мысами, лишь к заходу солнца. Едва мы стали на якорь, как задул угрожавший нам целый день сильный зюйд-ост, сопровождавшийся похолоданием и про­ливным дождем. Положение наше было не из приятных: открытая шлюпка, потоки дождя, долгая ночь впереди — ведь зимой на этой широте на темное время суток прихо­дится почти пятнадцать часов. Спустив имевшийся у нас небольшой ялик, мы переправились на берег, но не обнару­жили там никакого укрытия от дождя. Тогда, собрав немно­го валежника из-под вороха листьев и веток, отыскав на берегу несколько мидий, мы возвратились на баркас, чтобы приготовиться к ночлегу. Мы отвязали грот и соорудили на корме тент, потом настелили под ним мокрых бревен и. не снимая курток, часов в шесть улеглись на них. Но дождь все-таки поливал нас, и наши куртки начали промокать, а грубые сучковатые стволы были не такой уж завидно;: постелью. Пришлось подняться; затем мы достали взятую с «Элерта» сковородку, вытерли ее насухо, обложили камня­ми, нарезали коры и разожгли огонь. Подсушивая ветки и прикрыв наше сооружение сверху досками, мы поддержи­вали   небольшое   пламя,   на   котором   поджарили   мидии. Правда, ели мы их скорее ради развлечения, нежели от голо­да. Не было еще и десяти часов, а впереди нас ожидала дол­гая ночь. Тогда кто-то вытащил истрепанную колоду испан­ских карт, и мы немало порадовались такой предусмотри­тельности. Поддерживая хворостом наш хилый костер, мы играли одну партию за другой, и так до часу или двух ночи, пока  сон  окончательно  не  сморил  нас,  тогда  мы  снопа улеглись на бревна, оставив одного присматривать за огнем. К утру дождь перестал, воздух же стал заметно холоднее. спать было уже невозможно, так что мы дожидались рассве­та в сидячем положении. Едва забрезжило, как мы сраз> переправились на берег и начали готовиться к погрузке. Недаром мы дрожали от холода — трава оказалась покры­той   инеем — явление   для   Калифорнии   совершенно   не­слыханное. А лужицы с пресной водой даже подернулись тонкой коркой льда. И вот в такую-то погоду, задолго до восхода солнца, в сером утреннем тумане нам пришлось ходить почти по пояс в воде, загружая ялик поленьями. Третий помощник оставался в баркасе, двое матросов при­нимали на ялике груз, а работа в воде досталась, как обычно, нам, самым молодым. Так мы и перетаскивали дрова по воде к ялику, закатав по колено штаны, топча босыми ногами заиндевевшую траву. Когда ялик отходил с полным грузом, нам, чтобы не отморозить ступни, оставалось только бегать по жесткому прибрежному песку. Мы работали весь день, а к вечеру, нагрузив дополна баркас, подняли якорь, по­ставили паруса и вышли из бухты. Но едва мы оказал; п:ь в заливе, как обнаружилось, что сильный отлив выносит нас в море, плотный туман не позволяет разглядеть суд».о. а бриз настолько ослаб, что мы уже не могли под парусам:; удержаться против течения, поскольку наша осадка была не меньше, чем у баржи для перевозки песка. С величайшим 1 пудом мы добрались до самой мористой оконечности острова, где и отдали якорь, готовясь провести вторую ночь, обещавшую быть хуже первой, ибо теперь баркас был за­гружен до планширя и спать можно было только поверх бревен. На следующее утро мы снова подняли паруса и с по­пятным ветром к одиннадцати часам достигли судна. Здесь 1к-10 команду сразу же поставили разгружать баркас и складывать дрова, что заняло время до самого вечера.

На следующее утро на берег был послан отряд заполнять бочонки пресной водой. Мы, к счастью, не попали в него благодаря нашей передряге с дровами. Вторая экспедиция .ичлась три дня, их тоже едва не унесло в море, и день они провели на острове, где один из матросов подстрелил оленя, что, впрочем, неудивительно — все окрестные холмы и острова в бухте Сан-Франциско изобилуют этими живот­ными.

1[2]34

 


links